Глава первая. Нежданные гости
Сзади раздались шаги. Кто-то пытался идти тихо, но скрип старых досок выдал и это движение. Капитан резко обернулся и вздрогнул. По палубе осторожно шёл мальчишка. Совсем маленький и оборванный. Видимо бездомный. У него из-за ворота рубахи торчала острая мордочка собаки. Щенок деловито озирался по сторонам и порывался выскользнуть из цепких детских ручек.
— Я потерялся. — Вместо приветствия выдал чумазый пацаненок.
— И весьма основательно...
Почему-то пожилому гиганту было стыдно стоять сейчас перед этим мальчишкой в свете звёзд и полной луны, ярко выделявших мокрые дорожки на его щеках. Стыдно настолько,что он даже не мог послать эту парочку подальше в обычной грубой манере. Невозмутимо встретив суровый взгляд капитана, мальчишка продолжил:
— Я есть хочу. — Щенок утвердительно гавкнул. Старый капитан посмотрел ещё раз на море, освещенное звездами, на старенький городишко, тонущий во мраке, и сдался...
***
— Это что? — Мальчишка задумчиво оглядывал кусок подозрительного варева, густым комком лежащего посреди его тарелки. Собака, доселе озадаченно наворачивающая круги вокруг собственного блюдца, навострила уши и воззрилась на людей своими глазками-бусинками.
— Как что, естественно каша! — Возмущенно сверкнул глазами хозяин корабля.
— Ты уверен? — Мальчишка воткнул вилку в «кашу» и старательно начал отковыривать небольшой кусочек. Капитан задумчиво осматривал наглого гостя. Да, он не блистал кулинарными талантами, но впервые в жизни его в этом так мягко упрекнули. Что уж скрывать — старому волку было обидно. Тем временем мальчишка отправил первый кусок каши в рот и усиленно стал его пережёвывать. Щенок и капитан замерли, наблюдая за реакцией критика. — Ничего, терпимо.
Эта короткая реплика послужила сигналом собаке, которая тут же начала вгрызаться в свой кусок пищи, разбрасывая частички еды по каюте.
— Послушай, маленький нахаленыш, а что ты вообще забыл в порту и тем паче на моей шхуне? -Капитан впился взглядом в мальчишку и пытался угадать, что творится в маленькой головке и какую ложь ему сейчас выдадут. Мальчик дожевал кусок каши и изумленно воззрился на капитана:
— Дед, я ж тебе сразу сказал, есть хотелось, а я потерялся.
Видимо посчитав, что это достаточно обоснование, мальчишка опять уткнулся носом в тарелку, старательно отковыривая кусочки пищи.
Капитан взъерошил свою серебристую гриву и крепко задумался. Похоже парнишка и правда бездомен, а потому являет собой одну большую проблему на ножках, но его рассудительная наглость чертовски импонировала пожилому моряку. Только вот что делать ему с этой нежданной компанией на борту старой посудины, готовой уйти в море в последний раз? Бросить этих двух обратно на улицу у него не поднимется рука, да похоже и сами незваные гости не предполагали своего ухода. оставить их на борту — тоже проблема, ведь он не мог обещать им стабильного куска хлеба. Капитан встал и прошёлся по маленькой каютке пару раз. Что-то придётся с этим решать. И наверное, уже завтра утром...
— Дед...Спасибо за еду. — Нахаленыш дернул его за край рубахи. — Меня Ремми зовут, а это Сти. А ты...
— Зови меня Капитан. Или Кроун.
Кэп тяжело вздохнул, взглянул в иллюминатор на постепенно гаснущие звёзды и полез в шкафчик за старым гамаком.
***
Почему-то утро на море занимается не сразу. Может это видимость. Просто сначала тягуче и лениво летают золотисто-красные рваные пятна. Там, ближе к горизонту. А уже потом царственно выплывает солнце. Капитан не спал всю ночь и сейчас он, хмурясь, напускал ароматное облачко табака на вид восхода. Казалось, будто он не одобряет лени земного светила. На самом деле капитану было решительно плевать, просто эта ночь... Мальчишка и щенок, столь нежданно-негаданно нарисовавшиеся на палубе... Всё это сулило массу проблем и беготни. А значит, стоило всё хорошенько обдумать. А через пару часов от рассвета и начинать действовать. Но не успел капитан прокурить свою трубку, как вновь услышал за спиной шаги. Круто развернувшись и мысленно подготовив тираду для мальчонки, которому стоило ещё спать в такую рань, кэп натолкнулся глазами на достаточно молодого мужчину. Все в его виде выдавало в нем знатного вельможу. Одетый в черное, с волосами и глазами цвета вороного крыла, он был словно выточен из обсидиана. Мужчина пристально разглядывал корабль. Казалось, будто он ощупывает каждую доску глазами, проверяя на прочность. Капитан опешил — что-то слишком много незваных гостей стало появляться на его корабле. Чтобы превлечь внимание гостя, Кроун кашлянул. Обсидиановый незнакомец перевел взгляд с мачт на капитана и также задумчиво стал изучать хозяина шхуны.
— Она на ходу?
Капитан ошарашено смотрел на гостя. Пожалуй такого вопроса, заданного таким тоном, ему не задавали никогда. Воистину эти сутки отдавали неприятной, вязкой горечью открытий.
— Да, сэр. — как мог холодно и четко ответил моряк. О, как хотел он в эту минуту, чтобы одна из досок его палубы не выдержала и молодой господин провалился куда-нибудь в трюм.
— Я предлагаю вам фрахт до острова Пхи. Груз небольшой. В вашем распоряжении неделя начиная от нынешнего момента для того, чтобы набрать команду и запасти продовольствие. Да...И починка вашего корыта тоже была бы кстати. Я выделю вам деньги на эти нужды, а также заплачу сверху приличную сумму. В обмен на это вы отвечаете мне душой за сохранность груза и тщательно следите, чтобы всё было сделано в срок и по высшему разряду. Мне рекомендовали вас как самого опытного моряка в этом регионе. И сказали, что вы единственный, кто сохранил честь и совесть. Коносамент подписываем сразу по доставке груза на корабль. Вопросы?
— Цена фрахта, вид груза, где достать матросов в этой дыре... И ещё, недели мало. — Капитан понимал, что дух азарта и морской ветер перебивают голос разума в его сердце, что ему нужно отказаться от сомнительного предложения и выгнать в зашей чужака. Но как и ночью, кэпа тащила невидимая сила, перекрывая все пути к отходу и порабощая волю старика. Чужак почувствовал это и неприятно улыбнулся.
— Я чувствую, что вы уже согласны. Цена фрахта пятьсот золотых сверх расходов. Вид груза... Я сохраню в тайне на неделю. Матросы — это ваши проблемы. Неделя...Ну хорошо. Я накину вам ещё три дня. Итого десять. — Чужак оглянулся на берег и нахмурился. Сердце старого волка нехорошо заныло, что явно предвещало надвигающуюся беду. — Но на десятый день отплываете.
Не слушая дальнейших вопросов капитана, чужак кинул на ближайшую бочку увесистый кошель с деньгами, круто повернулся и ушел с корабля.