назад
Глава третья. В путь!
***
— Мне не нравится царящая за нашей спиной обстановка. – Хмурый Кроун мерил маленькую кают-компанию шагами. – Ратушные часы…И эти двое. Господин Саоль и госпожа Саолья. О них вообще хоть что-нибудь кто-то из вас слышал?
Помимо самого капитана в кают-компании находилось трое – Сулий, Гриу и молчаливый шкипер, по имени Старк. Все дружно покачали головой.
— Помимо этого, -продолжил Кроун, — у нас, господа, на борту «особо ценный груз», о котором мы ни черта не знаем. Горяк, что скажешь?
— Ничего, кэп. Молча дошли до каюты, молча зашли и закрыли дверь. Сундуки занесли к ним. Собственно больше мне сказать нечего.
Шкипер задумчиво почесал обветренную смуглую щёку, после чего, кивнув каким-то своим мыслям, произнес:
— Что-то и правда не так, Гриу, раз тебе нечего сказать. – Капитан сердито посмотрел на Старка, но промолчал. Горяк только хмыкнул. – Неужели ты не можешь сказать хотя бы пол наших прелестных гостей. А то, чего доброго, нам подсунули двух баб на борт… Или, что ещё хуже, двух баб-магов. Вот тогда все домыслы и предчувствия кэпа вполне станут оправданными.
Он хотел добавить что-то ещё, но в этот момент, опасливо оглянувшись на дверь, Сулий тихо пробормотал:
— Осторожней, там кто-то есть.
В два шага перемахнув комнату, капитан распахнул дверь. В лицо ему ударил свежий ветер и немного морских брызг. Но за дверью никого не было. В кают-компании повисла тишина. Сулий обладал каким-то седьмым чувством и безошибочно угадывал присутствие чужаков всегда, сколько они его знали. Капитан тихонько выругался и бросил мрачный взгляд внутрь кают-компании, как бы произнося тем самым «А я ведь говорил».
***
Саоль и Саолья, сойдя с трапа и проводя взглядом корабль, молча двинулись к лошадям, ожидающим неподалеку. От них теперь ничего не зависело. Их тоже беспокоила неожиданная музыка ратушных часов. Но объяснить её было не под силу даже великим Хранителям обсидиана. Оказавшись верхом, они будто сговорившись, бросили последний взгляд на пристань, но она уже почти опустела. Только пара рыбаков чинила снасти в углу, да старый плотник казалось спал в тени портового кабака.
***
Человек, известный старому портовому городу Нурон под имением плотника Сэма, провожал взглядом как корабль, так теперь и этих двоих. В руках он крутил небольшую фигурку, вырезанную из красивого, но очень редкого в этих края темно-вишневого камня – пагодита. Фигурка в точности повторяла контуры отплывшего корабля, с той лишь разницей, что нижняя часть фигурки была резной и полой внутри. Сквозь искусную резьбу мерцало три небольших камешка – непрозрачный синий с зелеными вкраплениями азурит, золотистый прозрачный камень, в всполохах которого угадывался редкий топаз, и изумительной красоты изумруд. Ни один прохожий, будь он магом или человеком не смог бы распознать в этом старом неопрятном мужчине великого Мастера Камней. А посему он совершенно не скрываясь, дошел до своего дома, где быстро собрал мешок с пожитками, задумчиво улыбнулся отражению в старом зеркале и вышел в сторону леса. Его никто не остановил и не задал ни единого вопроса. И вскоре, небольшая фигурка растаяла в нежной весенней зелени деревьев. Ратушные часы отсчитали стрелками ещё два часа семнадцать минут и встали на позиции двенадцать часов. Город наполнила печальная мелодия прощанья.
***
В портовом кабаке царила возбужденная атмосфера с самого утра. Всем хотелось внести свою догадку о нанимателях Кроуна и «гостях» взошедших на борт. По случаю, бармен даже разрешил сдвинуть два огромных дубовых стола в один, вокруг которого расселись посетители. Хотя такое скопление народа и было чревато мордобоем и препирательствами, но уже давно в таверне не заказывалось столько выпивки. За первые сорок минут была получена обычная дневная выручка, в следующие пол часа она утроилась, а дальше хозяин таверны, бармен и все остальные стали слишком заняты, чтобы успевать радоваться притоку денег.
— И все таки я думаю, что эти двое обычные пижоны с Третьего Дома. – вещал какой-то подвыпивший моряк.
— Да маги они, чистой воды маги. Видал как они глазами везде шарили? Небось ещё и сглазить могли…
— Да люди, я их даже как-то видел в Вильене…
— Да ты и не был там никогда…
Звуки спора переросли в неразборчивый гомон, в котором мешались высказываемые предположения.
— Маги…
— Люди…
— Господа…
— Зарвавшиеся купцы…
— Сектанты…
— Революционеры…
— А я думаю…ик… что это эти… ик…ну потомки всякого мифического отребья типа эльфов, – на секунду весь кабак покосился на дверь и трижды сплюнул через плечо. После чего кто-то быстренько сгреб в охапку перепившего моряка и вывел за дверь. Никому не хотелось неосторожной фразой навлечь на себя гнев лесных народов. Сквозь плохо прикрытую дверь все ещё слышался гул оживленного спора. Вдалеке чуть ощутимо громыхала надвигающаяся гроза.